На 90-м году жизни скончалась первая хантыйская поэтесса и сказительница Мария Волдина. В конце прошлого века она была главным редактором национальных газет «Ханты Ясанг» и «Луима сэрипос». Всю свою жизнь Мария Кузьминична посвятила сохранению и преумножению фольклорного богатства коренных малочисленных народов Севера. Без её стихов и сказок невозможно представить учебники для национальных школ. Сайт ugra.aif.ru вспоминает жизненный и творческий путь писательницы.
Некоторое время назад, будучи в преклонном возрасте, женщина снялась в клипе с итальянской оперной певицей и с известной группой «Deep Forest».
Лучший «человек» на Земле
Мария Кузьминична родилась на стойбище в декабре 1936 года в семье оленеводов. Девочка росла в полном единении с природой. Её детство пришлось на военные и послевоенные годы.
«Я родилась в лесу. Когда появились колхозы, моего папу перевели в оленеводческое хозяйство, и моё детство прошло в тундре, там большая красота. Однажды уже во взрослом возрасте на одном из конгрессов коренных народов Севера я сказала, что олень — самый лучший «человек» на планете Земля. Надо мной посмеялись. Но ведь олень — это наша музыка, наша красивая одежда, наша вкусная пища. Когда олень в нартах едет по дороге, его копытца бьются об лёд, на шее звенят колокольчики, рога касаются друг друга и создают красивый звон, такой оркестр получается. А рядом изумительные пейзажи проносятся, что невольно думается — в каком чудесном мире мы живём», — говорила она.
Родители Марии Волдиной (прим. ред. — Вагатова в девичестве) отправили дочь в Ханты-Мансийское национальное педагогическое училище, а затем девушка окончила Ленинградский пединститут им. А. И. Герцена. Вот что рассказывала Мария Кузьминична про свою учёбу в училище: «Я была очень шаловливой студенткой, мне казалось, что наш директор Георгий Тарасович Величко только и занимался разбором моих проказ, но при всём этом хорошо училась. И вот однажды получаю из дома от младшей сестры письмо, написанное малограмотной детской рукой: «Ханты-Мансийск. Петутилише. Вагатовой Мане». Адрес непонятный, ошибки, но почтальоны всё же поняли, куда отнести корреспонденцию. Сестрёнка писала, что дома дела плохи: отец лишился глаза, мама родила «страшного чёрного мальчика». И я решила, что мне надо плохо учиться, тогда меня исключат, отправят домой, буду помогать родным. Так прошло несколько недель, преподаватели удивлялись, что хорошая и старательная ученица перестала делать домашние задания. В итоге моё имя занесли на доску «позора». Георгий Тарасович пришёл в наш класс, сел рядом и спросил: «Что случилось?» Отвечаю: «Меня исключите? А…». Так он три раза задавал один и тот же вопрос, пока я не рассказала про письмо сестрёнки. Он похлопал меня по плечу и говорит: «Эх, какая ты сейчас помощница, закончишь учёбу, вернёшься учительницей, вот тогда — помощница». Послушалась и не жалею».
Мария Кузьминична стала первой поэтессой из народа ханты, которая смогла перенести национальную культуру на бумагу.
«Я рада тому, что Боженька всегда сводил меня с хорошими людьми, — не раз говорила она. — У меня много друзей. За 30 лет работы в журналистике много писала про ветеранов войны. За стихи, военные очерки и зарисовки мне дали награду — «Медаль маршала Г. К. Жукова». Она самая дорогая моему сердцу. Всегда призываю читателей любить Родину, защищать. В своём творчестве использую образы из жизни, из путешествий. Много ездила по миру, была несколько раз во Франции, Италии, США, Германии, Болгарии, Венгрии, Японии, а Россию всю вдоль и поперёк изъездила. В нашей Югре знаю каждый уголок. Благодаря поездкам получала интересные впечатления, записывала их. Дороги называю «живой книгой» и не жалею, что много времени своей жизни провела в пути», — говорила она.
У Марии Кузьминичны было много друзей. Она любила людей, в её доме всегда были гости, детский смех, весёлые разговоры, она не делила людей по национальностям. Однажды армянская диаспора выдала Марии Кузьминичне сертификат, подтверждающий, что она армянка.
«Для меня все люди одинаковые. Разве цвет кожи определяет человеческую душу и сердце? Иногда под белой кожей чёрная душа, а под чёрной — светлое сердце. Русский и свой родной языки крепко держу у сердца, и никому их не отдам», — поясняла она.
Машенька, вернись!
Писать свои стихи Мария Кузьминична начала ещё будучи учительницей, но творчество скрывала.
«Думала, какой я поэт… А когда за Володю замуж вышла, он увидел мои произведения, прочёл, говорит: «Так это же настоящие стихи». Муж отнёс их редактору национальной газеты Григорию Дмитриевичу Лазареву. Стали меня публиковать, на семинарах обсуждать. После одной из встреч хотели принять в члены союза писателей СССР. Это было в Пицунде, все северные поэты собрались там. А Юван Николаевич Шесталов решил пошутить: «Кого вы собираетесь принимать в свои ряды? У неё одно стихотворение есть, которое мне посвящено, и больше ничего особенного нет». Я подумала, что он всерьёз так сказал, обиделась и из зала вышла, а мне вслед кричат: «Машенька, вернись». А я не слушаю, думаю, ну зачем мне это нужно. Юван Николаевич понял свою оплошность, догнал, говорит: «Ты что обиделась? Я же пошутил». Но не вернулась. У меня такой характер, что сама напрашиваться не буду, позовут — пойду. Вот по этому принципу и живу», — рассказывала Мария Волдина в одном из интервью.
Люди вытягивают из горя
Всю жизнь Марию Кузьминичну сопровождали достойные мужчины.
«Мне повезло с мужьями, все трое умные красавцы. Первый – Павлик, был хороший и удачливый охотник и рыбак, у нас всегда придавали этому большое значение, он трагически погиб. Второй муж Владимир открыл во мне поэта, подарил дочку, с ним как один миг прожила три года. Он тоже погиб на работе. Третий — Александр не побоялся ответственности за женщину и четырёх детей и сделал мне предложение. Я подумала, а почему бы и нет, мальчишкам нужен отец. Саша работал в школе и преподавал математику, был мастером спорта по баскетболу, увлекался шахматами и увлёк всю семью этим интеллектуальным видом спорта. Мы жили дружно, водили детей на рыбалку, в лес за грибами, ходили к Иртышу в походы», — с уважением и любовью в голосе рассказывала Мария Кузьминична о своей семье. Трудно было, когда ушёл из жизни третий муж Александр, ещё раньше умерли оба сына. Переживания и потери повлияли на неё, и даже знаменитый голос изменился.
«Дети, внуки, правнуки, друзья и коллеги не дали мне пасть духом, приглашали на встречи. И как откажешься? Иногда спрашиваю, а почему именно я должна прийти? Они отвечают: «Вы скажете так, как другие не скажут». Ну ладно, зачем пререкаться, обижать, раз зовут — пойду. Вытягивают люди меня из горя…», — говорила Мария Кузьминична.
От имени редакции ugra.aif.ru выражаем искренние соболезнования родным, близким и всем, кто знал и ценил эту удивительно добрую и талантливую женщину. Пусть ей творческое наследие живёт и продолжает радовать, вдохновлять и объединять нас.