aif.ru counter
74

Ольга Кравченко: "Хотя бы раз ещё взлететь..."

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 3. АиФ - Югра 20/01/2010

В детстве она мечтала стать хирургом - не стала.

По призванию педагог, но ушла из школы. Правда, не по своей воле. Работает в исследовательском институте, но учёным себя не считает. Друзья называют её княгиней, а она обычный человек с обострённым чувством ответственности за будущее своей земли.

"До неё не знали сроду, что мы княжеского роду!"

Родилась Ольга Кравченко в русско-хантыйской семье Александра и Надежды Молдановых. От древнего княжеского рода она унаследовала лишь фамилию. Кстати, имя князя Молдана студентка Ольга обнаружила в исторических летописях, когда готовила курсовую работу по историографии. В семье потом шутили по этому поводу: "До неё не знали сроду, что мы княжеского роду!" Деда по отцовской линии младшие Молдановы никогда не видели. За участие в казымском восстании его репрессировали, причислив к кулакам-шаманам. Родители считались в Юильске грамотными людьми. Отец работал в колхозе счетоводом-бухгалтером. Мама, которой война помешала стать учителем, окончила курсы счетоводов, но работала дояркой. Свою мечту Надежда Карповна воплотила в детях: из пятерых четверо получили высшее педагогическое образование. Бабушка Ольги обладала даром врачевания, и селяне считали её целительницей. Девочка мечтала стать врачом, но желание это не имело никакого отношения к увлечению бабушки. Просто у каждого ребёнка в семье Молдановых была легенда, связанная с его рождением. "Мою старшую сестру Татьяну отец в сети поймал, - рассказывает Ольга Александровна, - младшую сестру Марину мама нашла в картофельной ботве. Младшего брата Илью с самолёта сбросили. А меня нашла недалеко от больницы деревенский фельдшер Антонина Аликова и отдала Молдановым". Какое-то время Оля росла с мыслью, что живёт в чужой семье, а если родители ругали её за шалости - грозилась уйти к "настоящей маме". На вопрос о том, кем она будет, когда вырастет, девочка отвечала: "тётей Тоней" врачом. Иллюзии по поводу медицины развеялись, когда после школы она два месяца проработала в онкологическом диспансере санитаркой. За доброжелательность больные прозвали девушку Улыбкой и всякий раз радовались, когда она заходила в палату. А Ольга, слишком близко к сердцу принимавшая смерть, поняла, что работать в медицине не сможет. И всё-таки детские мечты в какой-то степени сбылись - после смерти бабушки к Ольге перешли способности к целительству. Правда, в современном мире к таким людям отношение неоднозначное, и свои способности Ольге Александровне чаще приходится скрывать.

Что такое КАШ и почему её "съели"

Главным делом своей жизни Ольга Кравченко считает экспериментальную Казымскую культурно-антропологическую школу (КАШ). Это было первое в округе государственно-общественное образовательное учреждение инновационно-внедренческого типа. Ольга Александровна возглавляла его с момента создания. Это было самое трудное, но самое интересное время. "Школа не вписывалась в существующую систему образования, - объясняет Ольга Александровна, - многим было непонятно, почему школа, которая должна давать образование лишь в рамках программы, ставит перед собой задачи сохранения и развития традиций народа, воспитания поколения, способного взаимодействовать с представителями других культур на мировом уровне". В КАШ часто приезжали учёные, методологи, педагоги и управленцы из других регионов и даже из Америки. Каждый день педагоги подводили итоги, обсуждали успехи детей, искали причины неудач, намечали новые линии работы. А потом вместе с ребятами готовились к очередному "бабушнику" (так назывались встречи с представителями старшего поколения) или обсуждали сюжет нового спектакля. Когда через год в КАШ передали интернат, на отдых и сон у педагогов оставалось от силы 3-4 часа. Детям, приехавшим из отдалённых поселений и стойбищ, оторванных от родителей и привычной среды обитания, необходимо было помочь освоить новое социальное пространство, чтобы они начали в нём жить, а не ждать, когда начнутся каникулы. Ведь пока нет мотивации к учёбе, осваивать предметы невозможно. "Мы боролись за каждого ребёнка, доказывали, что дело не в умственной отсталости, а в особом восприятии мира, - рассказывает Ольга Кравченко. - И учить таких детей надо по-другому, с опорой на традиционные структуры понимания и сознания". Но какому чиновнику захочется вникать в эти тонкости? Поэтому и спрашивали с Ольги не за результаты исследований, а за соблюдение формальностей - за 7 лет руководства школой у Ольги Кравченко нет ни одного поощрения в трудовой книжке. Но это с лихвой компенсировалось уважением коллег и любовью детей, которые больше всего боялись, что КАШ закроют - здесь каждый из них чувствовал себя нужным и талантливым. Маленькая школа становилась центром притяжения. Вокруг неё собирались люди разных национальностей: ханты, ненцы, коми, русские... В 1997 году первым десяти выпускникам КАШ были вручены аттестаты о среднем образовании, а в 1998 школу закрыли в связи с окончанием эксперимента. Правда, пообещали создать в Казыме центр этнопедагогики, чтобы обобщить опыт КАШ, но это решение по каким-то обстоятельствам затерялось и забылось. Может, КАШ просто немного опередила своё время? До сих пор за этот проект Ольга Александровна переживает больше всего.

"Никто в мире так не работает с детьми"

Идеи КАШ живут во многих проектах Кравченко. А их немало. Было создано детское этнокультурное стойбище "Нумсанг ёх" ("мыслящие люди"), материалы курсов "Языкомировидение", "Искусство и ремёсла" легли в основу летних смен. Работа с проектами продолжилась на сессиях детско-молодёжного парламента. В своё время КАШ сотрудничала с Сан-Хуанским образовательным округом штата Юта (США). Американский опыт работы с детьми индейцев навахо был чрезвычайно полезен для национальных школ округа. Сейчас взаимодействие с представителями других культур проходит в рамках совместного с немецкой молодёжной организацией ЯНУН проекта "Сибирь - Германия". В Казым по чётным годам приезжают юноши и девушки из Германии, а по нечётным Германию посещают югорчане. В прошлом году на трёх сценических площадках Германии был показан спектакль, поставленный совместно с немцами на стойбище "Нумсанг ёх". В нём использовались только пластические формы, фольклорная музыка, народные песни и танцы. Принимали спектакль на ура и немецкие, и югорские зрители. На одной из выставок по альтернативному туризму Ольга познакомилась с представителями Баварского национального парка, на территории которого собраны жилища разных народов. В этом же году, благодаря её усилиям, в парке появился чум обско-угорских народов со всеми необходимыми предметами быта и атрибутикой. Ольга Кравченко получила грант на проект "Мультимедиа на службе у древних культур", в рамках которого предполагается не только выпускать на электронных носителях фольклорные и архивные записи, словари, но создавать мультфильмы и компьютерные игры на основе традиционных сюжетов. Мульт-

фильм на хантыйском языке "Щащи па хилы" ("Бабушка и внук") с субтитрами на русском, немецком и английском языках уже стал лауреатом XII Евразийского телефорума в номинации "Анимация". В планах на 2010 год ещё один проект - создание фильма о проблемах молодёжи коренных народов Югры и Германии. Ребята сами выступят в роли сценаристов, режиссёров, операторов, актёров, музыкантов... Как-то эстонские политики, наблюдавшие за работой летней школы коммуникации и детско-молодёжного парламента, сказали Ольге и её коллегам: "Таким людям, как вы, надо при жизни ставить памятники - никто в мире так с детьми и молодёжью не работает!" Пусть не памятник, но почётный нагрудный знак "За активную работу с молодёжью" Ольга Кравченко в прошедшем году получила. А сама она, подводя итоги, говорит так: "Если мне в уходящем году не было за что-то стыдно - я не выросла".

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах