aif.ru counter
1064

Как в Югре живут бомжи

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 21. АиФ-Югра 21/05/2014
Станислав Ломакин / АиФ

За 20 лет реформ доля нищих в России выросла в шесть раз. По данным официальной статистики, в стране – 4 млн. бомжей, 3 млн. нищих, 5 млн. беспризорных детей. 11,5% населения страны находиятся на социальном дне. Впрочем, цифры эти, как правило, занижены. Люди без определённого места жительства есть и в нашем, как многие считают, богатом нефтяном крае.

По имени-отчеству

Ещё лет восемь назад нищий на улицах Ханты-Мансийска вызывал изумление. Сегодня бабушка с протянутой рукой у окружной больницы никого не удивляет. Почти лето – бомжи вышли погреться на солнышке. Зимой здесь не забалуешь. Почти каждый вечер в городскую ночлежку людей, оставшихся без крова, загоняют холода. Здесь собирается по 15-20 человек – на столько мест рассчитано отделение ночного пребывания. Бомжи называют это место раем: телевизор, книги, чистая постель напоминают дом. Можно привести себя в порядок, съесть доширак с чаем, выспаться, получить помощь врача.

Михаил Молданов рос в детском доме. Потом перебивался «где-нибудь да как-нибудь». «На буровых работал грузчиком, в ОРС геологии, Горрыбкоопе. В одном месте смену отработаешь, потом в другом. По семь часов там и там. Зарплату получал каждую неделю. Так-то ничего выходило, по 600 рублей. Ночевал, где придётся. В молодости на сон надо было 3-4 часа», – вспоминает Михаил. Он хорошо привыкал к любым условиям. «У костра спал, в лесу,- продолжает Михаил. – Бутылки на всю ночь хватало – стопочку шлёпнешь, покуришь и спать. Проснёшься – ещё глоточек. Сейчас мне 51 год, трудно на улице жить». В ночлежке Михаил Григорьевич чувствует себя человеком.

«Мы называем наших постояльцев только по имени-отчеству,- объясняет старший фельдшер Марина Депнет. – Некоторые признаются, что так их уже очень давно никто не называл. Либо «эй!», либо «бомж» и на «ты». А мы к ним на «вы» обращаемся». Вновь прибывшим сразу объясняют правила: первый месяц можно ночевать бесплатно. Потом надо платить: 65 рублей за ночлег и 25 – за доширак и чай. Пьяных сюда не пускают, курить не разрешают.

Фото: АиФ / Валентина Морозова

Кроме того, посетитель должен предъявить справку из психоневрологического диспансера, результаты флюорографии и анализа на ВИЧ. А это, по словам Михаила Григорьевича, делать «неприятно и муторно». По признанию работников ночного отделения, бомжи редко приходят к ним по собственному желанию и за помощью почти не обращаются. А зря. Здесь не только дошираками кормят – помогают восстановить утраченные документы, оформляют пенсию и инвалидность, даже гражданство делают. А ещё сопровождают при реабилитации – здоровье за долгие годы «вольной» жизни подорвано практически у всех, как и вера в счастливое будущее.

«Экономическая ситуация в стране влияет на наши судьбы. Многие люди не востребованы. Я, например, не могу сейчас работать, потому что у меня вместо глаза протез. О какой надежде на светлое будущее можно говорить? Как я могу участвовать в своей судьбе? Работы нет, угла нет, кому я нужен? Кстати, если бы я работал, я бы не пил», – замечает посетитель ночлежки Александр Русин. Мужчина лукавит. Он приехал в Ханты-Мансийск из Сургута – там оформлен в приюте. Но на месте не сидится – недавно его снова видели в столице округа. В ночлежку больше не идёт. Вообще, приезжих среди постояльцев хватает. Если у них есть родственники в других регионах – специалисты налаживают утраченные за годы связи и отправляют на родину.

Как благо творить?

Чаще всего бомжей можно увидеть в центре Ханты-Мансийска, на торговой площади. Здесь и находит их социальный патруль. Он появился в столице округа всего полгода назад. Специалисты патруля подолгу беседуют с бомжами, раздают горячий домашний суп, хлеб, кофе. Готовят сами. Когда-то и они были в числе тех, кого сегодня кормят. К сожалению, многие бомжи убегают и прячутся от машины с надписью «социальный патруль», их приходится искать. «Мы делаем всё, чтобы социализировать этих людей, изменить их окружение, чтобы они ощущали себя членами общества и жили по-человечески», – объясняет специалист по социальной работе Эльвира Лукьянова.

Фото: АиФ / Валентина Морозова

Многие работники отделения ночного пребывания сами платят за тех, кому предоставляют ночлег. «У многих из тех, кто к нам приходит, нет работы или пенсии. Кто-то милостыню просит, кто-то перебивается случайными заработками. А кто-то не может и этого найти, хоть и не пьёт. Они приходят, мы платим за них. Это та же самая благотворительность. Это лучше, чем на улице подавать. Там подашь – человек на эти деньги бутылку купит. А тут знаешь, что отдал 90 рублей, он в тепле поспал, поел. И на душе спокойнее становится», – рассказывает Марина Депнер. В тёплые дни ночлежка опустеет, но работа с бомжами продолжится. Может, кого-то получится поднять с «социального дна». Может, кто-то захочет жить по-другому.


Бомжи – они все наши

Игорь Лалетин, заведующий отделением ночного пребывания комплексного центра «Светлана» в Ханты-Мансийске:

– Причины этого социального явления изначально кроются в экономической ситуации. Чем тяжелее стране, тем тяжелее нам. Многие люди со средним достатком в нестабильное время могут оказаться на самом дне, как и все другие, попавшие в трудную жизненную ситуацию. Есть ещё особый психотип людей – бродяжки. Даже если устроишь человека в интернат, оформишь пособие денежное – смотришь, в период весеннего обострения он убегает на «волю». Таким людям трудно долгое время оставаться на одном месте.

Мы работаем сравнительно недолго, открылись в ноябре 2012 года, и статистика у нас небольшая. Но можно сравнить – с начала этого года впервые обратились к нам за помощью 78 человек. А за тот же период прошлого года – 85. Нам есть чем гордиться. Например, был случай, когда человек освободился из мест лишения свободы, и с одной справкой, без документов, сразу обратился к нам. Процедура оформления бумаг была длительной, потому что, помимо того, что нужно было восстановить паспорт, необходимо было восстановить ещё и гражданство. Подтвердить, что он гражданин России. Как бы ни было, мы ситуацию довели до конца. Восстановили документ, оформили инвалидность, трудоустроили – только что не женили.

К нам часто приходят за помощью люди, которые оказались в трудной жизненной ситуации. Количество таких остаётся неизменным. А бомжи – они все наши, все на учёте, даже если к нам не приходят, мы всех их знаем. Мы им помогаем, но и нам, конечно, тоже помощь нужна. Недавно у нас появились спонсоры – два предпринимателя. Они помогают приобретать одежду и продукты. Вот так, потихоньку, и помогаем людям жить на этом свете.


Наталья Курзоватова, специалист по социальной работе отделения ночного пребывания в Ханты-Мансийске:

Добиться доверия у человека, попавшего на самое дно жизни, очень трудно. Нужно зажечь его, дать понять, что жизнь, которую он ведёт, – ошибка которую можно и нужно исправить.

Но без документов, сидя на лавочке, это сделать невозможно. Нужно «выходить в люди». Нравится, не нравится, мы же в обществе живём. Люди, оказавшиеся в трудной ситуации, а тем более бомжи «со стажем» социально не адаптированы и абсолютно безграмотны. Когда мы начинаем им подсказывать, что делать, – у них появляется стимул к жизни. Их очень трудно привести в ночлежку, ещё труднее помочь. Они утром уходят. А надо анализы сдавать, надо документы восстанавливать – идти в ведомство. Приходится приходить с рассветом, чтобы не потерять этот контакт. Ночлежку необходимо сделать стационаром, чтобы подопечные ещё и днём были на наших глазах. Если они почувствуют человеческое отношение к себе, появится надежда, и всё у них сложится...


Александр Сальников, заместитель председателя Думы Югры:

– Бомжи есть в Москве, в столицах Франции и США. Чем благополучнее и комфортнее территория, тем больше вероятность присутствия на ней бомжей. Думаю, в основе его лежат личностные качества человека, его природная предрасположенность к такому образу жизни. Цепочка перехода в бомжа универсальна: запойный алкоголизм, потеря работы, потеря семьи (если была), возможно, отбытие наказания за случайное преступление, потеря документов, жилья, в том числе по мошенническим схемам. Наблюдается отсутствие желания изменить ситуацию, привычка плыть по течению.

Но если у человека есть хоть малейшее желание выбраться из этого заколдованного круга, общество должно ему помочь. Исходя из позиций гуманности, государство должно содержать центры пребывания для такой категории граждан, чтобы в любой ситуации человек мог ощутить поддержку. Кстати, в обществе сложилось толерантное отношение к бомжам, оно похоже на отношение к юродивым – их грешно обижать.


Кстати: В Германии насчитывается более 245 тыс. бездомных. В большинстве своём это немцы. На втором месте – поляки, на третьем – прибалты и русские. Для них в Германии достаточно приютов и ночлежек. В США бездомных около 3,5 млн., около 40% из них – дети. Безработица, недостаток дешёвого жилья и программ жилищной помощи малоимущим – основные причины, которые приводят к росту числа американских бездомных. Согласно законодательству Америки, человек считается бездомным, если он не имеет постоянного ночлега. Численность бездомных людей значительно превышает количество мест в приютах.


Наша справка:
Подсчитать точное число бомжей, проживающих на территории Югры, невозможно. По официальным данным, на 1 мая в спецучреждениях округа помощь оказали 2329 бомжам. Из них 597 человек временно проживает в учреждениях социального обслуживания. Социальные услуги людям без определённого места жительства предоставляют 2 профильных учреждения: «Луч» в Нижневартовске (62 места), и «Альтернатива» в Сургуте (191 место). Ещё есть 4 отделения социальной адаптации при комплексных центрах социального обслуживания населения, которые предоставляют временный приют: «Милосердие» в Белоярском (20 мест), «Виктория» в Лангепасе (24 места), «Надежда» в Радужном (9 мест) и «Защита» в Нефтеюганске (30 мест).

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах