aif.ru counter
879

Нельзя плакаться о том, как вам тяжело. История «солдатской матери»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 30. Аиф-Югра 27/07/2016

Председатель окружной общественной организации солдатских матерей и семей погибших защитников Отечества Ирина Браун смогла в одиночку вырастить четырех сыновей, поборола онкозаболевание, оправилась после гибели сына в Чечне и продолжает помогать людям.

 «Правду говорить необходимо»

- 17 лет назад Вас избрали председателем «Комитета солдатских матерей», и через несколько месяцев Вы уже полетели на Северный Кавказ, чтобы вывезти оттуда своего первого раненого солдата.  Как это было?

- Мальчика звали Женя Тетерятников. У него было ранение в руку, даже спицы там стояли, но Евгения не комиссовали, хотя и должны были это сделать. Родителям вывезти его не удалось, они пришли ко мне, а спустя два дня мы были уже в Нальчике. Спустя сутки мы его забрали, поместили в госпиталь, так как у него долго не заживала рана. Впоследствии таким образом я помогла вывезти с Кавказа около 20 раненых.

Досье
Ирина Филипповна Браун: родилась 14 апреля 1950 года в Краснокамске Пермской области. Закончила Кунгурский автотранспортный техникум, в 1974 г. - Ленинградский финансово-экономический институт. С 1999 года - председатель «Комитета солдатских матерей» по ХМАО-Югре. Не замужем, четверо сыновей, трое внуков. Сын Павел Широков погиб в Чечне при исполнении служебного долга в 2007 году и был награжден Орденом Мужества посмертно.

- Почему раненых солдат не отправляли домой?

- Дело в том, что частям было невыгодно их комиссовать. За этих ребят они получали деньги, дотации. Да, если ранение было тяжелое – отпускали, но при более легких травмах старались не комиссовать солдат. Всякое бывало, и выкупать приходилось, например. В целом пришлось выкупать троих человек. А одного солдата, можно сказать, подарили. Причем, что интересно, благодаря моей фамилии. Из-за нее я натерпелась еще в школе, когда после войны некоторые ребята меня называли «фашисткой». Тогда моя первая учительница была вынуждена объяснять одноклассникам, что к национальности фашизм не имеет никакого отношения.

- Вам приходилось общаться с боевиками? Попадали ли Вы в опасные ситуации?

-  Да, всякое бывало. В 2008 году, например, взорвали «уазик», на котором я должна была ехать к генералу. Я не пострадала, так как поехала на другой машине. Мне приходилось общаться и с «полевыми командирами». Но я вам так скажу – договориться можно почти с каждым человеком. Конечно, кроме полных «отморозков». В целом, до сих пор я поддерживаю связь с комитетами солдатских матерей в Дагестане, Каспийске.

Организации матерей еще держатся

- В России сейчас очень много руководителей-женщин. Как вы думаете, с чем это связано? С тем, что наши женщины действительно такие сильные? Или обстоятельства заставляют?

- Я думаю, что женщинам именно приходится становиться сильными. Во время Великой Отечественной войны в тылу работали женщины, которые все делали для фронта. Мужчины же, вернувшиеся с войны, зачастую были инвалидами. Женщинам приходилось помогать «сильному полу», поддерживать мужчин, заниматься хозяйством и многое другое делать.

Однако я против такого явления в нынешнем обществе, когда женщина живет «только для себя». Когда она сама зарабатывает на квартиру, машину, а затем рожает ребенка опять же «для себя». Я думаю, что единственный ребенок в семье, еще и без отца, вырастет не столько эгоистом, сколько будет очень одинок в жизни.  Отойдя от родителей или лишившись их, он не будет иметь такого близкого и родного человека, друга, как брат и сестра. И особенно тяжело, когда единственный ребенок в семье погибает. Родители в таком случае теряют смысл жизни, род прерывается.

- Каково это - вырастить одной четырех сыновей?

- Понимаете, женщина – это стержень семьи. И если она родила ребенка, должна «поднять» его, чего бы это ни стоило.

Когда погиб мой первый муж Владимир, старшему сыну Егору было 10 лет, Павлику – 8 лет, а Косте всего три года. Олег родился от второго брака, его отец также умер спустя несколько лет. Это были неспокойные 90-е, сокращения, перебои с зарплатами… Приходилось работать и на двух, и на трех работах. С 8 утра, бывало, бегу мыть полы, в 9 часов – на основную работу в бухгалтерию, а вечером разносили с ребятами вместе почту. Но при этом я всегда старалась как можно больше времени проводить вместе с детьми. Один раз, правда, я очень сильно накричала на мальчишек, потому что они мне наврали. Тогда я им сказала: «Запомните, мы можем обсудить и решить любой вопрос вместе, а правду говорить необходимо».

Фото: Из личного архива

-  Как Вы пережили гибель сына Павла в Чечне? Что Вы посоветуете женщинам, у которых произошло подобное горе в семье?

- Я повела себя неправильно, конечно, когда погиб Павлик. Так сильно переживала и нервничала, что «заработала» себе онкологическое заболевание. Затем долго лечилась. Да, мой сын погиб взрослым человеком, в 28 лет. И это большой удар, но себя нельзя в этом винить. Значит, так было угодно богу, так сложилась его судьба.

Есть семьи, где погиб ребенок, и их позиция в данном вопросе: посмотрите, какое у нас горе, обращайте только на нас внимание, нам так тяжело! Никогда нельзя опускать руки или плакаться о том, как вам тяжело. Нужно продолжать жить.

- Сейчас происходит активное развитие НКО по всей России. Как Вы считаете, все ли они эффективны?

- Я считаю, что некоторые НКО, конечно, создаются не для того, чтобы помогать людям, а просто для отвода глаз или отмывания денег. Если в городах-миллионниках организации солдатских матерей еще держатся, то в небольших городах их почти не осталось. Мы не получаем зарплату. И людей, способных вести за собой солдатских матерей, к примеру, просто единицы.  Ведь ты должен быть и психологом, и менеджером, и юристом одновременно.

Помимо помощи солдатам, мы помогали и ребятам, которые воевали в Чечне. Например, организации «Боевое братство», которое сейчас распалось. У меня до сих пор полно телефонов «чеченцев», живущих по всему округу. Они звонят, в гости приезжают. Я их как мать и где-то поругаю, и заодно подскажу что-то.

- Какие сейчас проекты есть у «Комитета солдатских матерей»? Чем вы сейчас занимаетесь?

-Сейчас первоочередная задача для меня – открыть окружной музей погибших в Чечне и Афганистане, в армии и в УВД. В Югре за время военных конфликтов в Чечне и в Афганистане погибло 186 человек, 2 человека было убито на о. Даманском. Историческая память, преемственность необходима для того, чтобы наши дети росли патриотами. Также я хочу открыть Фонд помощи семьям погибших полицейских.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах