Вторая половина августа — время, когда родители закупают тетрадки, а дети мечтают, чтобы каникулы никогда не закончились. Отказ идти в школу — это не лень, а естественный страх перед переходом от свободы к дисциплине. Как пережить этот кризис без скандалов и не отбить у ребенка тягу к знаниям, в интервью ugra.aif.ru рассказала психолог Алена Смирнова.
Психолог — о капризах 1 сентября, конфликтах с учителями и ритуалах прощания с летом.
Реальность с правилами
Марина Дергунова, ugra.aif.ru: Алена Петровна, скоро 1 сентября. После длительных летних каникул многие родители жалуются, что их дети не хотят идти в школу, а желают продолжать отдыхать. Почему так?
Психолог Алена Смирнова: Это некая утрата рая, ведь прекрасное, вкусное, тёплое лето предъявляет мало требований к ребенку. Фрейд сказал, что принцип реальности предполагает, что не всё, что мы хотим, мы получаем мгновенно, и к чему-то надо прикладывать усилия. А это порой тяжело. И, конечно, переход от свободы к режиму дня, питания, дисциплине, правилам будет вызывать сопротивление. Это происходит не только у детей. Многие взрослые, выходя из отпуска, испытывают что-то похожее: завтра на работу, опять рано вставать. Конечно, мы все когда-то сталкиваемся с переходными этапами, они не всегда приятны, но такова жизнь.
— Получается, не всё так страшно, главное — адаптироваться, и процесс учёбы пойдёт? Как же взрослым помочь своим детям, мотивировать их, если порой сами родители испытывают подобные трудности после отпуска?
— Взрослые люди уже не раз преодолевали себя после длительного отдыха. Мы выросли, преодолели свои переходные периоды, но когда-то были детьми детсадовского возраста, потом стали школьниками, перешли из младшего школьного звена в среднее, потом старшее, получили профессиональное образование, кто-то даже не одно. Вспоминая о пройденных этапах, о своих способах преодоления жизненных испытаний того времени, мы становимся устойчивее и мягче к детским нежеланиям и слезам. В психологии это называется стать «надежным контейнером», в который ребенок может принести любые чувства: гнев, страх, грусть. А наша взрослая задача — быть рядом, а не спасать от нормальных переживаний, не разрушать школьника нападками, обвинениями и угрозами в его адрес. Здесь главная мантра родителя — «мы все непременно преодолеем вместе!».
Признать чувства ребенка
— Если уговоры, просьбы и ультиматумы не помогают, и ребенок категорически отказывается идти в школу, что делать?
— Если он говорит, что его обижают, не понимают или с учителем острый конфликт и там неравные силы, то в эту ситуацию родитель должен вмешаться и решать ее совместно с дочерью, сыном и педагогами. Но если ребенок просто не хочет из теплого лета возвращаться к серым школьным будням, надо признать это и сказать ему: «Ты можешь не хотеть. Перестраиваться, правда, очень сложно. Я тебя понимаю. Что для тебя сейчас я могу сделать?»
Иногда даже какие-то элементарные ритуалы дают возможность пережить переход из лета в осень на физическом уровне. Например, написание сочинения на тему: «Как я провёл лето». К сожалению, в последние годы в школах перестали его писать. А раньше это была популярная тема, которая помогала адаптироваться к учебе. Но его можно написать и дома вместе со всей семьей, вспомнив приятные и интересные моменты. Представьте, как ребенок повзрослеет и потом будет читать свои воспоминания. Кстати, многие привозят из поездок милые сердцу вещички — ракушки, камушки, билетики на представления или в музеи. Можно сделать из этого еще один ритуал прощания с долгими каникулами — разложить в красивые мешочки или конвертики, вложив туда и письмо с воспоминаниями.
Не отбить интерес к учёбе
— Много ли зависит от педагога в случае, если ребёнок не хочет ходить на уроки?
— Желание ребёнка быть в школе непосредственно связано с учителем, его отношением к работе, к детям. Он как «родитель», но только школьный, некая авторитетная фигура. У учителя есть действенная мера — оценка, и он ею награждает или наказывает.
Большую роль играет первая учительница. Я, например, как мама трепетно относилась к выбору педагогов для своих детей. Приходила в школу и говорила: «Мне нужен мягкий преподаватель, чтобы он не отбил интерес». Любопытство присутствует в каждом ребёнке. Важно стимулировать его, дать возможность разгореться этой искорке. Поэтому, конечно, внутренний мир педагога, его готовность увидеть уникальность каждого ученика очень важны.
— Получается, вовлечённость родителя в школьный процесс имеет большое значение?
— Очень многое зависит от нас — родителей, это правда. Если мы начинаем волноваться, тревога передаётся детям. Поэтому поначалу нужно успокоить себя, понять, что мы через это прошли, значит, и они справятся. Да, иногда будет грустно, скучно, сложно, но найдётся место и радости, интересу, веселью.
Родители должны настроить сына или дочь на позитивное отношение к жизни, объяснить, что сейчас они получают колоссальный опыт, который в будущем очень важен, что школа нужна для общения, расширения кругозора, дружбы. Стоит простимулировать школьника покупкой подарка, например, красивого рюкзака или канцелярского набора.
Если стало невыносимо…
— Тема буллинга в школах последнее время все чаще всплывает в СМИ. Что делать в этой ситуации?
— Я бы не сказала, что это массовая история, скорее единичная. Чаще всего дети просто говорят: «Не хочу в школу». Да, большинство, обычных ребят, которые летом полноценно отдыхали, загорали, купались, ели арбузы, и не должны хотеть возобновлять учебу. Им и так классно. Если все же ребенок действительно в школе подвергается буллингу, нужно принимать меры. Поначалу родителям стоит поговорить с мамой и папой обидчика, классным руководителем, завучем, директором. Если проблема не решилась — обратиться в правоохранительные органы. Конечно, ребёнка нельзя оставлять в сложной ситуации.
— Сейчас очень много возможностей для альтернативного обучения, в дистанционном формате, открываются частные школы. На ваш взгляд, они могут стать заменой обычному учебному заведению, если непримиримость ребенка и традиционного образования нарастает?
— Если говорить про альтернативное обучение, например, в онлайн-форматах, одно дело, когда это осознанный выбор содержательной части программы, специфической, личностной и ценностно подходящей семье и школьнику, когда ребенок раскрывает свои способности и структурирует себя самостоятельно. Но иногда это бегство от того самого принципа реальности обратно в иллюзорный рай, место, где за немалую плату многое легче и больше дозволено, некая «дорогая теплица», уберегающая от необходимого социального опыта, трудностей, рутины, учета иерархии. Тут надо задуматься, кого мы все-таки хотим выпустить из школы в реальную жизнь: тепличный цветочек или живого человека, который будет способен расти и тянуться к солнцу при любой погоде.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
